Versão em português 中文版本 日本語版
Polish version La version française Versione italiana
Русская версия English version Deutsch Version

Великая Отечественная война на Кобринщине     

На рассвете 22 июня 1941 года на мирно спящий Кобрин обрушились фашистские бомбы. В это время на Брестском направлении на 4-ю армию Западного фронта, состоящую из 4-х дивизий и механизированного корпуса, внезапно напала подготовленная для удара 4-я немецкая армия, которая включала 12 дивизий и танковую группу Гудериана в составе 3-х корпусов. У агрессора было более чем тройное превосходство в живой силе, танках, самолетах. Неожиданным ударом артиллерии и авиации ему удалось сжечь на пограничных аэродромах сотни наших самолетов, разбить многие штабы, нарушить связь, уничтожить артиллерийские склады.

На 123 истребительный полк, базировавшийся на Кобринском аэродроме и на Кобринский штаб Армии бомбы обрушились в 4 часа 30 минут. В первый день войны летчики в течение 10 часов вели непрерывные воздушные бои, сбили 30 фашистских самолетов, потеряв при этом 9 своих. В неравном бою погиб командир полка Сурин Б.Н. который провел 4 воздушных боя и лично сбил 3 вражеских самолета. Лейтенант Рябцев 22 июня около 10.00 в бою под Брестом совершил один из первых воздушных таранов в эту войну.

Из-за огромных потерь от внезапного вражеского удара, наши части не смогли удержаться на границе. Во второй половине первого дня войны сохранившиеся части 28 стрелкового корпуса генерала Попова В.Г. и 22 танковой дивизии генерала Пуганова В.П. отошли от Бреста к Жабинке, образовали на линии Каменец-Жабинка-Малорита фронт обороны.

Разного рода части и подразделения отходили от границы в район Кобрина. Из этих частей был сформирован сводный полк во главе с подполковником Маневичем А.В. Полк расположил свои войска на западной окраине Кобрина. Командный пункт армии переместился в Запруды. Ночью туда сообщили, что в 22 танковой дивизии осталось около 100 танков с очень небольшим запасом снарядов и горючего. В течение всей ночи в 28 стрелковом корпусе и 22 танковой дивизии собирались и приводили в порядок оставшиеся и рассеянные при отступлении от границы подразделения.

На Кобринском направлении противник сосредоточил главное усилие. Под ударом 2-х танковых, 1 моторизованной и нескольких пехотных дивизий своей 4-й армии вражеские войска оттеснили наши части к 10 часам утра на рубеж Тевли-Андроново-Патрики.

В ожесточенных боях на подступах к Кобрину, доходивших часто до рукопашных схваток, наши бойцы и командиры проявили исключительный героизм. В полдень на расположения этих войск дважды обрушивались бомбовые удары фашистов. Разгорелся встречный танковый бой. Все было в огне и дыме. И в этом пекле продолжали стойко держать оборону стрелки. Особенно беззаветно сражался здесь батальон 6-й стрелковой дивизии под командованием капитана Ольшевского. Не прекращая командования боем в районе д.Именин погиб командир дивизии генерал-майор Пуганов В.П.

Ценой больших потерь противник прорвался севернее Кобрина. Его танки стали выходить на Московское шоссе. Однако около 16 часов они снова были задержаны у реки Мухавец подоспевшими сюда подразделениями 205 мотострелковой дивизии.

Около 19 часов противник подтянул к реке танковые дивизии и при мощной поддержке авиации еще раз атаковал наши части. Измотанные тяжелыми боями, при остром дефиците снарядов, зенитных средств, противотанковой артиллерии войска 4-й армии не выдержали этого удара и вынуждены были отойти к Городцу. К вечеру 23 июня 1941 года гитлеровцы вступили в город. С этого момента начался самый трагический период во всей его более чем семисотлетней истории.

В Кобрине фашисты разрушили и сожгли более 200 жилых домов, свыше 250 других построек, взорвали электростанцию, 3 мельницы, кожевенный завод, лесозавод и другие предприятия, разрушили железнодорожную станцию, 2 железнодорожных моста через реку Мухавец и канал общей протяженностью 250 м. Грабежи, насилия, истязания и убийства были возведены в норму гитлеровских солдат и офицеров. В июле 1941г. частями гестапо на улицах нашего города были схвачены более 200 мирных граждан. Их вывезли за город в район имения Патрики и расстреляли.

В августе 1941г. местными оккупационными войсками под предлогом выдачи пособий в здании школы №1 были вызваны все нетрудоспособные больные жители города с семьями в количестве 180 человек. Они были расстреляны в районе д.Именин.

С первых дней оккупации Кобрина среди населения приобрел зловещую известность так называемый «откос» у поворота Пинского шоссе при подъеме на мост у Днепро-Бугского канала. Для устрашения враждебно настроенных советских граждан гитлеровская военная комендатура избрала именно это место для казней, которые проводились здесь буквально на глазах охваченных ужасом прохожих.

Обычно после полудня к этому месту подъезжали одна или две повозки. Заполненные осужденными и конвоирами. На это время движение по шоссе перекрывалось. Смертников со скрученными руками, чаще всего побоями, вынуждали становиться на колени к самой бровке насыпи, затем палачи обходили застывшую шеренгу и методически стреляли в ухо или затылок, после чего убитый скатывался по откосу вниз. Иногда расправа разнообразилась тем, что жертвы сталкивались ударами ноги с шоссе, а бегущих расстреливали из автоматов в спину, таким образом были расстреляны молодожены Гринюки, которые убегали от смерти, крепко держась за руки.

Потрясающее впечатление производит рассказ об истреблении у откоса семьи партизана Кошеля. При жандармской облаве в руки палачей попала жена Кошеля Ефросинья и трое ее сыновей, из которых старшему исполнилось 7 лет, а младшему - 3 года. Особенно по-геройски вел себя под дулами автоматов старший братишка, мужественно пытавшийся успокоить младшего брата Виталика.

В течение ряда месяцев сотни кобринчан были зверски истреблены у страшного откоса, имя которого стало нарицательным для горожан. Весной 2004 года было принято решение провести восстановительные работы на обелиске, установленном еще в 50-е годы. Память о невинно убиенных застыла на мемориальной доске: «Здесь были расстреляны советские граждане немецко-фашистскими захватчиками в 1941-1944 гг.»

25 июля 1942г. немецкое гестапо с полицией оцепили часть города между улицей Советской, пл.Свободы, Белорусской и ул.8 Марта. Все жители этих улиц (более 1800 человек) были расстреляны в районе железнодорожной станции Бронная Гора.

Поздней осенью 1942г. чудовищное по своим масштабам преступление было совершено на южной окраине Кобрина между д.Борисово и парком. Здесь от пуль фашистов погибло более 4 тыс. Кобринских евреев.

В связи со все большим размахом партизанского движения фашисты стали расправляться со своими жертвами в стенах тюрьмы. Многие жители Кобрина нашли здесь свое вечное успокоение. Среди них - активные партизанские связные Павел Гетман, Кирилл Омельнюк.

Весной 1944г., заметая следы содеянных преступлений, когда под их ногами начала гореть земля, фашисты взяли из тюрьмы 80 заключенных и заставили их раскапывать могилы на месте массового расстрела 1942г. Полуразложившиеся трупы доставали из ям, складывали вперемежку с дровами, а затем обливали бензином и поджигали. После всего были расстреляны как свидетели событий и эти 80 человек, среди которых был ксендз. Дым, приносимый ветром в город в течение нескольких дней, содержал в себе запах сожженных человеческих тел.

И только факты: из всех жителей д.Борисовка осталось в живых только 18 человек, 186- расстреляно; в д.Бельск и Ор Новоселковского сельсовета погибло в годы оккупации более 200 человек; в д.Речица Еремичского сельсовета в сентябре 1942 г. фашисты сожгли 33 мирных жителя; о гибели более 100 мирных граждан, расстрелянных в годы Великой Отечественной войны, напоминает обелиск, установленный в д.Дивин. Фамилии 33 мирных граждан, погибших в годы оккупации, перечислены на памятнике в д.Быки. Четыре семьи здесь были истреблены гитлеровцами полностью.

По уничтожению мирных граждан и населенных пунктов гитлеровцами в нашем районе было проведено 65 карательных экспедиций. 8 деревень Кобринского района постигла участь Хатыни: Борисовка, Новоселки, Быки, Каменка, Речица, Борки, Орел, Черевачицы. Деревни Орел и Речица по сей день не возродились.

За весь период оккупации общее число расстрелянных, замученных, сожженных заживо в г.Кобрине и районе составляет около 13 тысяч человек.

Кровь миллионов людей, замученных немецкими оккупантами, взывала к справедливой и жестокой мести, к всеобщей ненависти к гитлеровским головорезам. С первых дней оккупации население Кобринщины поднялось на борьбу, которая предстояла быть долгой и решительной. Ведь гитлеровцы сразу оценили значение Кобрина как узла шоссейных дорог на Минск, Брест, Малориту, Пинск и железнодорожные станции на линии Брест-Гомель. Кроме того, через Кобринщину проходит водный путь - р.Мухавец и Днепро-Бугский канал. Поэтому были созданы сильные гарнизоны в Кобрине, Антополе, Городце, Жабинке, Дивине - все эти населенные пункты входили в состав Кобринской административной единицы в годы оккупации. Численность гарнизонов была от 100 до 250 человек, а в Кобрине - более 1 тысячи. Но, несмотря на все ухищрения, фашисты не смогли сломить свободолюбивый дух народа, его желание свободно жить на своей земле.

В начале августа в д.Турная был создан подпольный антифашистский комитет. Председателем его был избран Дмитрий Борисюк, активный подпольщик в годы правления буржуазно помещичьей Польши; заместителем - Тимофей Кравчук, бывший председатель колхоза им.Калинина, первого в Кобринском районе. В состав комитета вошли также Матвей Лукашук и Игнат Фисюк. Члены комитета вели активную работу с населением, знакомя их с ходом военных действий на фронтах. Было налажено написание и распространение листовок со сводками Совинформбюро. Благодаря тому, что у Матвея Лукашука сохранился радиоприемник, антифашистский комитет имел возможность все время быть в курсе событий, происходивших на фронтах. Листовки со сводками Совинформбюро регулярно переправлялись в г.Кобрин, где также действовал антифашистский комитет, возглавляемый Алексеем Курешей, бывшим членом КПЗБ, неоднократно судимым властями буржуазно-помещичьей Польши за революционную деятельность.

Уже в сентябре 1941г. на территории ремонтных мастерских, которые оккупанты организовали на месте ремонтного завода, загорелся склад с нефтепродуктами. Организаторов этой диверсии установить не удалось, хотя многие кобринчане помнят, как полыхало пламя в первые месяцы войны. Борьба была настолько конспиративной, что оккупанты порой и не подозревали о какой-либо диверсии.

По ул.Первомайской в здании, где сегодня размещается СШ №2, оккупанты разместили полевую жандармерию. Алексей Николаевич Куреша нанялся туда вывозить навоз из конюшен на свое поле. Получив доступ в конюшни, он стал регулярно подсыпать в корм лошадям так называемую парижскую зелень. Поедая ее вместе с сеном, лошади начинали болеть и подыхали. Таким образом было отравлено 80 лошадей. В жандармерии решили, что причиной массового падежа лошадей является то обстоятельство, что рядом с конюшнями находится кладбище, где паслись лошади и вместе с травой поедали вредные вещества, вызывающие непонятную болезнь.

Активно действовала в Кобрине и группа жен военнослужащих, погибших при обороне Брестской крепости. Галина Корнеевна Шабловская с четырьмя дочерьми остановилась в д.Турной. Через нее и была установлена связь с теми, кто живет в городе. Она часто ходила в город на встречу с Екатериной Лисовской, устроившейся работать переводчицей в Кобринский гебитскомиссариат. Она сообщала о предпринимаемых карателями операциях против партизан, о готовящихся списках молодежи, подлежащей отправке в Германию. От нее же партизаны получали копирку, писчую бумагу для написания листовок.

В одной группе с Лисовской работала Ольга Лопатина, Ксения Майорова, Галина Арбузова. В июле 1942г. женщины-подпольщицы помогли бежать из Кобринского лагеря 48 пленным. После июльского побега, чтобы запугать местное население, оккупанты решили устроить публичную казнь. В центре города, напротив нынешнего ювелирного магазина, была установлена виселица. Напротив нее, на тротуаре, в 2 ряда были поставлены 20 табуреток, для того чтобы фашистское начальство и их жены всю процедуру казни могли наблюдать сидя. Во время облавы оккупанты поймали трех партизан. Их решили повесить, чтобы отбить у населения желание к любому сопротивлению.

Звериный оскал фашизма кобринчане уже хорошо знали, но новые казни вызывали еще большее сопротивление.
Борьба подпольщиков в годы оккупации была составной частью партизанского движения, охватившего весь Кобринский район. Начиналось партизанское движение с небольших разрозненных групп. Группы эти пополнялись жителями окрестных деревень и бойцами Красной Армии, которые из-за ранений остались на территории района.

Осень 1941-весна 1942г. - это время накапливания сил партизан, сбор оружия, работа среди населения, распространение листовок. Широкому размаху партизанского движения способствовало и то обстоятельство, что район изобилует лесными массивами.

Так, с северной стороны расположен Дахловский лес, в котором с самого начала войны базировался отряд им.Чапаева, выросший в бригаду того же имени в составе 4-х партизанских отрядов: Орлова, Панфилова, Постовалова, Чапаева.

С восточной стороны находятся Грушевский и Детковический леса, которые занимал партизанский отряд им.Кирова. В этих лесах останавливались и рейдовые отряды других партизанских соединений. Здесь начинал свою деятельность и партизанский отряд им.Шиша.

С юго-западной стороны расположены Старосельский и Чернянский леса, где с первых дней войны действовал партизанский отряд им.Чернака, названный в честь своего организатора и командира разведки Чернака Михаила Никитича, погибшего в бою с гитлеровскими захватчиками.

Командовал отрядом Шиканов Сергей Сергеевич. В 1943г. от отряда отделилась группа партизан, выросшая в отряд им.Фрунзе.

На юго-восточной стороне в районе Дивинских болот за Днепро- Бугским каналом находился отряд им.Щорса, в задачи которого входила охрана партизанского аэродрома около д.Сворынь, подготовленного к приему самолетов с Большой Земли, там же базировался и партизанский отряд им.Котовского под командованием Лещева Александра Ильича.

Таким образом, город со всех сторон был окружен партизанами. И оккупанты не чувствовали себя полноправными хозяевами на Кобринской земле ни один день. А после 18 часов ни один из них не рисковал выходить из города. Уже в 1942г. вдоль шоссейных и железных дорог гитлеровцы повырезали все деревья и кустарники на глубину от 100 до 200 метров. Но и эти меры не помогли. Вскоре для них были закрыты дороги от Запруд до Пружан. Проехать они могли только по Московскому шоссе и то под усиленной охраной. Не использовали они и дорогу на д.Дивин. даже тогда, когда им надо было проехать по шоссе от Бреста до Кобрина, то впереди себя от деревни до деревни они гнали крестьян на повозках. Партизаны закрыли дорогу и на Малориту. А для того, чтобы пропустить состав по железной дороге, она вначале проверялась гитлеровцами: местные жители ощупывали ее прутьями, на концах которых были металлические наконечники, или впереди состава пропускалась пустая платформа с людьми из близлежащих деревень. Но все эти предосторожности мало помогали врагу.

Ушел в Дахловский лес и Алексей Наумчик, председатель сельсовета в д.Засимы, бывший секретарь турнянского подпольного комитета КПЗБ, осужденный на 4 года тюрьмы в годы правления буржуазно-помещичьей Польши. Вместе с ним ушли его единомышленники: Алексей Максимук, Константин Гапасюк, Иван и Алексей Семенюки, роман Жигман и др. Весной 1942 года Алексей Наумчик по праву хозяина сельсовета объединил разрозненные группы Ивана Орлова, Виктора Бойко. Виктора Оладина в отряд, который получил имя легендарного героя Гражданской войны В.И.Чапаева. Командиром отряда был избран Орлов Иван Иванович.

Этот отряд был основной ударной силой партизанского движения в нашем районе. Уже к середине 1942г. чапаевцы уничтожили несколько вражеских гарнизонов, подорвали 18 эшелонов, 87 вагонов и платформ с живой силой и техникой противника, вывели из строя 18 паровозов.

Кроме вышеназванных партизанских отрядов, в лесу под Кобрином в 1943 году образовались две разведывательно-диверсионных группы от штаба Красной Армии. Одна из них, под командованием Савельева, базировалась в Дахловском лесу, другая, под командованием Никитина - недалеко от д.Октябрь.

О размахе партизанского движения говорит тот факт, что на участке железной дороги от Кобрина до Пинска подрывниками было спущено под откос 398 вражеских эшелонов.

К концу 1943г. в отряде им.Чапаева насчитывалось 448 человек. Ввиду большой разбросанности и рассредоточения последовал приказ о реорганизации партизанского отряда им.Чапаева в одноименную бригаду, в составе 4 отрядов и отдельной роты. Командиром бригады был назначен Гапасюк Константин Иванович, освобожденный от обязанностей командира отряда.

За время деятельности партизанских отрядов, входящих в бригаду им.Чапаева, и бригады в целом с 8 апреля 1942г. по 25 июля 1944г. были нанесены гитлеровским захватчикам следующие потери: взорвано железнодорожных мостов -1; спущено под откос эшелонов - 125; взорвано шоссейных мостов - 25; уничтожено линий связи - 273 км.

В апреле 1944г. гитлеровцы снарядили против партизан карательную экспедицию, для проведения которой было привлечено огромное количество боевой техники: танки, самолеты, бронетранспортеры, а так же живой силы до 20 ООО солдат и офицеров. Под ногами фашистов горела земля. Желая во что бы то ни стало задержать продвижение Красной Армии, они хотели обезопасить свои тылы.

Партизанская бригада им.Чапаева с честью выдержала это испытание. Не имея достаточного количества живой силы и техники, партизаны отбивали все атаки наступавшего противника в течение нескольких дней. Затем партизанский лагерь под покровом ночи был выведен из окружения в район Споровских болот. Туда же ушел отряд им.Кирова. Позже, когда блокада была снята, партизаны вновь вернулись небольшими, но очень подвижными боеспособными группами, действия партизан теперь направлялись в соответствии с ходом военных действий Красной Армии, которая осуществляла операцию «Багратион», освобождала Белоруссию от гитлеровских захватчиков.

Фронт неудержимо приближался к Кобрину. Фашисты решили создать здесь мощные укрепления и надолго задержать продвижение Красной Армии. В мае стали сооружаться доты. Их и сегодня можно видеть в Кобрине. Почти у самого здания городского Дома культуры х из земли выступает бетонное сооружение с узкими щелями, из которых можно было обстреливать штурмовавших город. Такая же точка сохранилась и за парком им А.В.Суворова.

К Кобрину части 61 Армии подошли к вечеру 19 июля 1944г. Перед ними была поставлена задача: не нанося повреждений городу, взять его с ходу, одним ударом.

В боях за город мужественно сражались воины 12 гвардейской Пинской Краснознаменной и 212 Кричевской дивизий. Несмотря на яростное сопротивление противника, утром, 20 июля, Кобрин был освобожден. За успешные боевые действия по освобождении города 12 полкам 61 Армии было присвоено наименование «Кобринских».
Освободители увидели полуразрушенный, почти пустой город. Всех поразила эта пустота. И не удивительно - ведь фашисты уничтожили свыше 8 тысяч человек.

Освобождение Кобрина имело большое стратегическое и оперативное значение. Оно создавало благоприятные условия для освобождения Бреста и выхода на государственную границу.

Недалеко от Кобрина в ходе подготовки операции по освобождению Бреста, совершил свой последний подвиг Арсений Иванович Морозов. 19-летним он начал войну, с первых ее дней. Арсений Иванович прошел славный боевой путь от рядового до заместителя эскадрильи. Познал горечь отступления и радость побед. Он был одним из лучших летчиков корпуса. Совершил 271 боевой вылет, провел 33 воздушных боя, лично сбил 13 самолетов противника.

Тогда, 27 июля 1944г. Морозов получил задание от штаба полка разведать места сосредоточения войск противника, возможные направления отступления. Задание он выполнил. Можно было возвращаться на аэродром. Но по пути от Бреста к Кобрину у одной из переправ он заметил скопление вражеских войск и техники. По связи он запросил разрешение штурмовать вражескую колонну, хотя по характеру своего задания он мог этого не делать. И прежде, чем поступило разрешение, он круг за кругом стал заходить над колонной и уничтожать технику противника. Уже загорелись машины на переправе, пожар охватил всю колонну, но фашисты с остервенением обреченных открыли огонь со всех видов оружия. В последний момент Морозов был смертельно ранен, самолет подбили. Теряя последние силы, Арсений Иванович дотянул самолет до освобожденной территории, посадил его, как говорят летчики, на «брюхо» - шасси не было. Когда же подоспели товарищи, Морозов был мертв. Посмертно ему присвоено звание Героя Советского Союза.

Морозова похоронили в центре города, а сквер назвали его именем. В 1959 году останки его были перенесены в сквер им В.П. Пуганова. Там, в Братской могиле, захоронено 174 воина и партизана, погибших при освобождении города. Есть надгробия на могилах Виктора Павловича Пуганова и Арсения Ивановича Морозова, символизирующие начало и окончание войны для Кобринщины.

Как это было : Великая Отечественная война на Кобринщине : материалы архивов. Освобождение Кобрина и подвиг Арсения Морозова.

Популярные материалы


Комментарии


Названия статей

Поиск по сайту

Наши партнеры

У нас широкий ассортимент различных украшений для зала и автомобилей, а также большой опыт по подготовке и монтажу видеоматериалов.