Versão em português 中文版本 日本語版
Polish version La version française Versione italiana
Русская версия English version Deutsch Version

Старейшие профессии

МЕДНОЛИТЕЙНОЕ ДЕЛО. В скудном перечне профессий, которыми кормились некоторые кобринчане в начале двадцатых годов, значилась и такая. Обслуживала она по преимуществу еврейское население самого города и скученно проживавших в крупных местечках их единоверцев. Основной ассортимент изделий состоял из однотипных ритуальных медных подсвечников. Дело в том, что по вечерам в пятницу и субботу эти подсвечники с зажженными свечами, «шабасувками», помещались на окнах еврейских квартир по одному на каждого члена семьи. Кроме того, в мастерской выделывалась разнообразная иная посуда из луженой меди: кастрюли, ковшики, противни, также служившие ритуальным целям. Наряду с так называемой еврейской спецификой представители этой немногочисленной профессии занимались лужением самоваров и пользующихся большой популярностью у горожан медных кастрюль, равно как паяльным делом.

ЛОДОЧНИКИ. В наше время трудно даже себе представить, насколько нынешняя безнадежно-унылая гладь родного Мухавца еще полвека назад кишела плоскодонными лодками, рыбачьими однодеревками и особенно разноцветными байдарками, называемыми у нас каяками. Помимо того, что у многих горожан имелись личные плавательные средства, вблизи моста высился изящный деревянный павильон Шимпеля, предлагавший любителям за небольшую почасовую оплату пользоваться богатым выбором лодок и байдарок. Естественно, солидные лодки и вертлявые байдарки не завозились к нам, а изготавливались на месте опытными лодочниками и по индивидуальным заказам. Завзятые байдарочники часто соревновались в гонках на определенную дистанцию.

БРУКОВЩИКИ. Этим словом у нас называли специалистов, замащивающих улицы булыжником. Кстати, еще сравнительно недавно необходимые для этого камни в изобилии валялись на полях в некоторых местах Кобринщины. Вплоть до середины 30-х г.г. подавляющая часть городских улиц была замощена так называемыми «кошачьими лбами», то есть округлыми булыжниками. В смете довоенного городского бюджета предусматривалась статья на оплату сезонной бригады бруковщиков. В теплое время года в их обязанности входила оперативная ликвидация выбоин в мостовой, а также смена разбитых тротуарных плит. В середине тридцатых годов на нескольких улицах центральной части города устаревшие булыжники в виде опыта были заменены «трилинками», шестигранными шашками, сделанными из смеси дробленого гранита с бетоном. Лишь в более позднее время трилинки постепенно были асфальтированы.

ГЛАШАТАИ. Не без основания автор полагает, что при этом слове у читателя припоминаются исторические романы с описаниями, как в старину на площадях герольды, а по-русски глашатаи, оглашали царские указы, «Известно и ведомо да будет каждому...» Эта архаическая профессия в Кобрине пережила средневековье, возродилась и прозябала вплоть до памятного сентября 1939 года. Должностной персоной являлся седенький старичок-еврей, облаченный в длинную хламиду, который выкрикивал на окраинных улицах животрепещущие распоряжения городского магистрата. Объяснялся этот феномен тем, что при полной неграмотности значительной части горожан печатные объявления не воспринимались должным образом, употреблялись в равной степени искаженные польский, русский, еврейский языки. Попутно его талант нередко использовала городская скотобойня, оповещавшая бедноту о поступившей в продажу дешевой говядине, и городская баня о далеко не частом и отнюдь не регулярном банном дне.

ВОДОВОЗЫ. Проводимая после войны инвентаризация городского хозяйства обнаружила любопытное явление. Тогда как на окраинах «мещанских» улиц выявлено изобилие шахтных колодцев, таковые почти полностью отсутствовали на «еврейских» улицах, примыкавших к Базарной площади. На открытке начала 20 ст. запечатлены два огромных колодца под высокой крышей по краям этой площади. Вода из них добывалась при помощи ворота с большим деревянным колесом. В основном эти колодцы обслуживали приезжавших на базар крестьян с их домашними животными. Что же касается населения прилегающих домов, то они предпочитали пользоваться услугами немногочисленных евреев-водовозов. Их подводы с деревянными бочками с утра до вечера тарахтели по булыжной мостовой. Клиентам вода разносилась на коромыслах, в. том числе на вторые этажи. Это нелегкое занятие хорошо оплачивалось. Примечательно, что городской санврач относился безучастно к тому, что вода черпалась прямо из Мухавца, а зимой из проруби. А бочки от времени живописно обрастали хлопьями зеленого мха. Лишь в двадцатые годы на площади появился первый артезианский колодец общественного пользования.

ТРУБОЧИСТЫ. Этих шустрых черномазых ребят часто можно было встретить на центральных улицах. За весьма умеренное вознаграждение они лихо лазили по крышам, очищая от сажи дымоходные трубы. Орудия труда состояли из круглой металлической щетки, укрепленной на длинной веревке, с привязанной на конце увесистой круглой гирей. Впрочем, большинство владельцев деревянных домишек с соломенной крышей обходились без услуг трубочистов, очищая собственные дымоходы свежими березовыми вениками. Поскольку сажи накапливалось предостаточно, то во избежание возгорания и возможного пожара по инструкции эту операцию полагалось проводить дважды в год,

ЖЕРНОВЩИКИ. Еще нередко кое-где в сараях городских и деревенских старожилов можно найти заброшенные за ненадобностью домашние ручные мельницы, называемые жерновами. Не особенно распространенная профессия жерновщика высоко ценилась в народе. Из полевых валунов определенных пород опытный мастер зубилами формовал два круга равного диаметра, которые для прочности по окружности обтягивались обручами. Затем на них с одной стороны наносились насечки. Более массивный нижний жернов лежал неподвижно, тогда как вращающийся вручную верхний был полегче. Парные жернова помещались в деревянный станок стандартной конструкции. Специальным приспособлением верхний камень по надобности слегка поднимался или опускался, что позволяло получать муку желаемого размола. Особенно широко жернова применялись для изготовления осыпки домашним животным. Помимо этого малоимущая часть населения молола на жерновах грубоватую крупу, особенно ячную и гречневую. Обычно одними жерновами пользовалось несколько соседей. Трудно переоценить ту огромную помощь, которую оказали жернова многим семьям горожан в годы оккупации и в длительный послевоенный период.

 А. Мартынов

Мартынов, А. Старейшие профессии Кобринщины ; Умершие и умирающие профессии : история / А. Мартынов // Кобрин-информ. – 2010. – 14 октября. – С. 6 ; Кобрынскі веснік. – 1995. – 14 студзеня.

Навигация



Наши партнеры

Кобрин, Беларусь, Достопримечательности, Интересные места

автономный светофор