Versão em português 中文版本 日本語版
Polish version La version française Versione italiana
Русская версия English version Deutsch Version

Чем жили раньше кобринчане?

Подобно тому, как некогда любой танец начинался от печки, так, вздумав заглянуть в прошлое нашего города, обязательно следует использовать объёмистый том «Ревизии Кобринской экономии» 1563 г. Этот старейший справочник содержит неоценимые сведения о некоторых сторонах жизни Кобринщины четырёхсотлетней давности. Благодаря приводимым здесь данным имеется возможность получить достоверное представление о занятости горожан в столь отдалённую эпоху. Извечной профессией подавляющей массы податного населения (а это 347 семейств) было земледелие. Наряду с ними имелась небольшая «прослойка» (до 10 процентов), которая дополнительно занималась по терминологии того времени всевозможными «рукомеслами».



Прежде всего загадочно, почему вдруг в городе появилось четырнадцать резников (мясников). Вряд ли, их деятельность предназначалась исключительно для местных нужд. В то же время имелись четыре мельника и по два представителя таких популярных профессий, как портные, кузнецы, плотники да рыбаки. Этот достаточно скудный перечень замыкается шорником, седельником, шаповалом, каменщиком, стрельцом (охотником?) и даже пушкарём, ведавшим скромной замковой артиллерией.

Впрочем, можно с уверенностью утверждать, что приведенный список был бы несравненно более содержательным, если бы не роковая случайность: часть листов рукописи документа, относящаяся к центральной части города, была утрачена. Поскольку в ту эпоху в Кобрине существовал монастырь, несколько православных церквей и недавно появился первый католический костёл, то, естественно, имелось немалое количество неучтённого в ревизии церковного притча - священников, диаконов, пономарей. Равно как изначально не учитывались лица шляхетского сословия с обслуживающей дворовой челядью. Не названы также члены городской администрации и торговли.

Следующим этапом нашего беглого обзора будут сведения, запечатлённые в документе 1792 г. и охватывающие 245 семейств. Естественно, у внимательного читателя может возникнуть законное недоумение: как же так - свыше двухсот лет назад в городе жили 347 семей мещан и вдруг стало на целую сотню меньше? По-видимому, в этом повинна вереница бедствий, обрушившихся на Кобрин в начале столетия. Огромный пожар истребил большую часть строений, затем опустошительное моровое поветрие (чума, холера?) унесло множество жизней, и, наконец, тяжёлая контрибуция, наложенная шведскими завоевателями и основательно разорившая городскую казну. Всё это в совокупности довело город до невиданного упадка, а население - к обнищанию. В результате решением сейма в 1766 году Кобрин был лишён городских прав и привилегий, поступив в разряд королевских столовых поместий.

В подтверждение сказанного особенный интерес вызывает распределение горожан по имущественному положению. Богачами названы лишь 11 семей, состоятельных -15, среднезажиточных - 59, в то время, как подавляющее большинство оказались на уровне бедности. В Ревизии сообщается лишь о 31 земледельце, а 25 названы вообще безземельными. И в то же время в городе имелось 129 волов и всего 36 лошадей. Что же сталось с сотнями традиционных мещан-землеробов? Бесконечные вопросы...

И всё же на сей раз список ремесленников оказывается несравненно более интересным и разнообразным. Появилась новая, притом самая многочисленная профессия сапожников в количестве 15 человек. Вероятно, горожане всё более входили во вкус обмена самодельных лыковых лаптей на более изящную кожаную обувь. Вплотную за ними следуют 12 портных и 11 гончаров. Уже с того времени нынешняя улица Пролетарская стала называться Горшечной или Гончарной. Достаточно популярными ремёслами становятся кузнечное и кожевенное занятие. Плотников было 6, три печника и столько же мясников. Упомянуты 2 бургомистра, хотя это административная должность, 2 винодела. И всего-навсего по одному представителю самых редких профессий: врач, цирюльник, повар, маляр, пекарь, трубочист, писарь, стекольщик, прачка и мыловар. Быт Кобрина постепенно изменяется, и это отражается на более пёстрой картине занятости населения. Подобно предыдущему перечню, здесь также отсутствуют данные о проживающей в городе шляхте, духовенстве, администрации и «торгашах», о численности которых можно только гадать.

И наконец, перешагнём в воображении ещё через столетие и посмотрим, чем же занимались наши сограждане в конце XIX - начале XX веков. В «Большой энциклопедии» под редакцией Южакова (издание 1903 г.) написано, что Кобрин - уездный город Гродненской губернии на реке Мухавец и Кобринка. Жителей - 10365 человек. Две православные церкви, костёл, кирка. Домов 850, из них 150 нежилых. Фабрик и заводов - 24. Шесть больниц на 135 коек, в том числе 3 военных госпиталя. Два книжных магазина, библиотека и две(!) типографии. Учебных заведений - 4, в их числе уездное училище, приходское и два частных.

Несравненно более обстоятельные сведения о занятости горожан приводятся в материалах Первой Всероссийской переписи населения 1897 г. В то время из общего числа жителей (10915 человек) насчитывалось более 4 тыс. грамотеев. Училось в вузах Петербурга, Москвы, Варшавы - 22, в средних школах Бреста, Пинска, Белостока - 129, поскольку собственная средняя школа отсутствовала. В администрации, суде и полиции в общей сложности насчитывалось 85 служащих. Не правда ли, потрясающее засилие бюрократии! Притом следует иметь в виду, что Кобрин того времени являлся административным центром обширного уезда, занимавшего 4620 кв. вёрст, с населением в 185 тысяч. В него входили, помимо нынешнего района, Жабинковский, Дрогичинский, Ивановский. И это при больших расстояниях, отвратительных дорогах, мизерной телеграфной и полном отсутствии телефонной связи. Но ведь порядок поддерживался, налоги взимались, со своими обязанностями «бюрократы» справлялись удовлетворительно.

В дальнейшем, к сожалению, не избежать достаточно нудного перечня профессий, бытовавших в Кобрине столетие назад: адвокатура - 8 человек, духовенство - 21, преподаватели и воспитатели - 73, подённые работники - 429, из них 283 человека - женская прислуга. Живущих с доходов и недвижимого имущества - 209, арестантов - 75, земледельцев - 194. Обработкой льна занимались 12 человек, а строительно-ремонтными работами - 538!

Хотелось бы обратить внимание читателей, насколько статинформация как дореволюционной России, так и довоенной Польши была общедоступна в полном смысле. Взять хотя бы ежегодную «Памятную книжку Гродненской губернии». В ней можно обнаружить любопытнейшие данные, в том числе о количестве и разновидности преступлений по уездам, перечень воинских частей гарнизона Брестской крепости и т. д. То есть все те сведения, которые после, уже в советские времена, не подлежали разглашению. Однозначно можно сказать и о польской статистике, издававшей подробнейший ежегодник. В нём помещались такие материалы, которые у нас считаются неоспоримой прерогативой лишь узкого круга избранных должностных лиц.

А. Мартынов

Мартынов, А. Занятия горожан в прошлом : старонкі гісторыі / А. Мартынов // Кобрынскі веснік. – 1994. – 5, 9 лютага.